Особое место в истории английского деизма принадлежит соратнику и единомышленнику Толанда – Антони Коллинзу (1676 – 1729). Славу выдающегося вольнодумца Коллинз стяжал рядом произведений, среди которых наибольшую известность приобрело «Рассуждение о свободомыслии» («А Discourse of Freethinking», 1713).
Весь пафос этого произведения был направлен на доказательство того, что право свободно мыслить распространяется и на сферу религии: «...свободно думать о религиозных вопросах является долгом всех людей». Коллинз считал, что свободная мысль должна рассмотреть все основные вопросы христианской религии, в том числе и проблему откровения. «Бесконечное число существовавших во все времена обманщиков, претендовавших на то, что именно им было дано с небес божественное откровение, подтвержденное чудесами, содержащее новые понятия о божестве, новые учения, заповеди, обряды, способы богослужения, делают размышления о вышеупомянутых вопросах абсолютно необходимыми».
Критическому анализу должны быть подвергнуты, по мнению Коллинза, и такие узловые вопросы религии, «как природа и атрибуты вечного существа, или бога, истинность и авторитет книг, почитаемых священными, и смысл и значение этих книг...». Английский вольнодумец па обширном фактическом материале из истории религии показывал, насколько противоречат здравому смыслу представления верующих о природе бога, в какой степени расходятся теологи в определении божественных атрибутов. Между священниками нет и не было согласия относительно того, является ли бог телесным или бестелесным, подобен ли он человеку или нет, обладает ли аффектами (гневом, мстительностью) или не обладает, можно ли ему приписать мудрость, доброту, милосердие и другие аналогичные качества или нельзя. Священнослужители «имели и имеют столько различных представлений о божестве, – заключал Коллинз, – сколько может изобрести ум, или корысть, или глупость...».
Суждения богословов в отношении священных книг полны противоречий и разногласий. Одни признают Библию, другие – Коран, одни чтят Ветхий завет, другие – Новый. Христианские теологи все время спорят о том, какие книги считать каноническими, а какие – апокрифическими. В итоге, отмечал Коллинз, в каждой религии, включая христианскую, имеется огромное количество сект и группировок, которые враждуют между собой. Согласия нет не только между различными религиозными направлениями, но и внутри одной и той же церкви. На примере англиканской церкви Коллинз выявил коренные расхождения между священниками в понимании и толковании важнейших положений христианского вероучения. Вывод Коллинза гласил: «...догматы церкви противоречат друг другу и разуму».
Глубокой рационалистической критике подверг Коллинз догматы о триединстве бога, о воскресении, о загробном воздаянии, учения о предопределении, первородном грехе, искуплении. На суд разума он вывел крещение, причащение и другие таинства. Коллинз ставил н такие кардинальные вопросы: является ли церковная организация божественным или человеческим учреждением? можно ли считать представителей церкви настоящими священниками? Он приводил длинный список прегрешений христианского духовенства, обвинял церковников в обмане верующих, в искажении истины, нетерпимости к инаковерующим, фанатизме, в распространении ложных учений и насаждении суеверий.
В книге Коллинза нет прямых атеистических положений. Он не только не отвергал религию, как таковую, а напротив, выступал в роли ее защитника от тех, кто якобы искажал и извращал ее истинный смысл. Однако религия, которую защищал Коллинз, не имеет ничего общего ни с христианством, ни с другими существующими вероисповеданиями. Исторические религии полны несуразностей и противоречий, между священнослужителями нет согласия относительно основных положений вероучения, они спорят и враждуют друг с другом, совершают недостойные поступки. Констатация этих фактов позволяет Коллинзу решительно заявить: «...самый верный и самый лучший путь нахождения истины заключается в свободомыслии...»
Свободомыслие выполняет, таким образом, у Коллинза функцию очищения религии от «благочестивых обманов», возвращает ей подлинное, согласное с разумом и нравственностью содержание. Вместе с тем свободомыслие противопоставляется Коллинзом и атеизму. Он выступал с осуждением атеизма и атеистов. Однако это осуждение не только свидетельство ограниченности коллинзовской критики религии, которая велась им с деистических позиций, но и дань времени. Во всяком случае Коллинз откровенно заявил, что «лучше допустить свободомыслие, хотя оно увеличит число атеистов, чем путем ограничения свободомыслия увеличить число суеверных и фанатиков» Вслед за Толандом он подчеркивал, что невежественные суеверы и религиозные фанатики приносят несравненно больший вред обществу, чем атеисты.
Коллинз не скрывал своих симпатий к вольнодумцам прошлого. С глубоким уважением писал он о замечательном материалисте древности – Эпикуре, об Аристотеле, а из философов нового времени – о Бэконе и Гоббсе. Последний, отмечал Коллинз, «являет собой великий пример учености, добродетели и свободомыслия». Правда, Коллинз в число свободомыслящих включает и философов совершенно иного плана, например идеалиста Платона, стоика Сенеку, неоплатоника Синезия и даже «отца церкви» Оригена. В качестве свободомыслящих фигурируют и многие другие люди, весьма далекие от какого бы то ни было вольномыслия (Иосиф Флавий, Минуций Феликс, архиепископ Тиллотсон). Но здесь же упоминаются имена Эразма Роттердамского и Декарта, Гассенди и Герберта Чербери, Томаса Мора и Локка.
Думается, что такое широкое толкование понятия «свободомыслие» имело определенную цель. Отвечая на выпады своих идейных противников, которые отождествляли свободомыслие с безнравственностью и безрассудством, Коллинз стремился показать, что свободомыслящие – это «все те, кто во все времена больше всего отличался своим умом и добродетелью...». С другой стороны, нельзя игнорировать деистическую ограниченность взглядов Коллинза, его искреннее стремление сделать антиподом религии не атеизм, а свободомыслие. Вот почему последнее и превращалось философом в некое перманентное идейное течение, объединявшее всех просвещенных и добродетельных людей, врагов суеверия, невежества и порока.
Понятно, что такое внеисторическое толкование свободомыслия не выдерживает строгой критики. Зачисление же в разряд свободомыслящих христианских писателей и церковных деятелей представляется нонсенсом. Но, отмечая эти уязвимые места коллинзовской концепции, следует иметь в виду, что в целом «Рассуждение о свободомыслии» явилось дальнейшим шагом в развитии английского деизма.
Английский деист Дж. Толанд (1670 - 1722) издал "Письма к Се-
рене" - сочинение, примечательное для характеристики эволюции
деизма. По существу, Дж. Толанд преодолевает деизм, связанный с
идеей первотолчка. Материя для него - активное начало, обладающее
внутренней энергией. Дж. Толанд полагал, что истинная религия
лежит между суеверием и атеизмом, однако же суеверие гибельнее
для общества, чем атеизм. Под влиянием П. Бейля Дж. Толанд воз-
высил образ атеиста. Атеиста удерживает от преступлений не религия,
а гражданское уважение к своим обещаниям, ничто не заставит его
действовать на погибель другим. Атеист "никогда не преследует не-
навистью или оружием из-за различия в убеждениях, так как его за-
ботит не то, во что веруют другие люди, а как они поступают"7, -
пишет Дж. Толанд. Он говорит о том, что атеист не ожидает посмер-
тного воздаяния, знает, что никто не может достичь счастья без
взаимной поддержки и усилии других людей.
Письма к Серене
Деизм по аналогии с королем – царствует но не правит. Так же
и Бог.
Естественная религия – та, которой учит нас сама природа,
свободная от суеверий, предрассудков, злоупотреблений духовенства.
Толанд: его путь – срединный путь между крайностями суеверий
и атеизма.
Причины возникновения религии по Толонду: теория обмана. Обожествление правителей
привело к тому, что бог стал похож на правителя (эвгемерическая теория, теория
обмана) – общая идея для всего просвещения.
По Толонду еще одной причиной для появления религии является
почитание сопших, отношение к смерти.
Толонд: астральная теория – звезды названы людьми по именам
своим героев, с астролатрией связано происхождение языческих богов. Толонд
часто ссылается на Цицерона и других античных авторов.
Просветителя так же говорят о том, что страх порождает
богов.
Смысл свободомыслия в отношении религии в том, чтобы
рационально прийти к религиозным темам, и даже выборе вероисповедания.
Тенденции к свободомыслию существуют в обществе.
Комментариев нет:
Отправить комментарий